Просто немец: опасность начинается тогда, когда история становится избирательно редактируемой

Просто немец: опасность начинается тогда, когда история становится избирательно редактируемой // Unsplash / Jennifer Latuteris

Во время акции «Песни Победы в кругу друзей», которая успешно прошла 9 мая в Версуа и собрала более 60 представителей различных национальностей, мы пообщались с приятным господином, который прогуливаясь по лесопарку, совершенно случайно оказался зрителем на нашем мероприятии.

Гарольд И., гражданин Германии, проживающий в соседней деревне, прогуливаясь по лесопарку в Версуа, где проходил концерт «Песни Победы в кругу друзей», совершенно случайно оказался в качестве зрителя на нашем мероприятии. Поинтересовавшись по поводу происходящего, он с немецкой аккуратностью спросил может ли он поделиться своим видением сложившейся сегодня геополитической ситуации.

«Многие европейцы, в том числе серьёзные историки, дипломаты и рядовые граждане, всё больше опасаются, что Европа теряет способность проводить различие между исторической ответственностью, современной политической позицией, моральными заявлениями и управлением идеологическим нарративом, – начал он.

«Эта обеспокоенность реальна. Опасность заключается не в том, что история обсуждается, – сказал он и, задумавшись, продолжил. – История всегда должна обсуждаться, но опасность начинается тогда, когда история становится избирательно редактируемой в соответствии с текущей политической целесообразностью. Как только это происходит – память перестаёт быть цивилизационным якорем, дипломатия превращается в театральную мораль, а институты теряют доверие, потому что люди сразу же ощущают эту асимметрию».

SA: Вы имеете в виду интерпретацию фактов о Второй мировой войне?

Г.И. Память о Второй мировой войне в Европе исторически строилась на нескольких очень прочных основах: индустриализированное варварство не должно никогда вернуться, осуждение уничтожения гражданского населения имеет значение независимо от национальности, примирение требует признания страданий всех сторон, а мир в Европе зависит от поддержания каналов связи даже между противниками.

Если эти принципы становятся условными – применяются к одним жертвам, но не к другим, к одним воспоминаниям, но не к другим, то моральная архитектура ослабевает. В то же время существует и другая опасность: государства могут также использовать исторические страдания для обеспечения своей нынешней геополитической легитимности. Это не является особенностью ЕС. Россия, Беларусь, Украина, США, Китай, Израиль, Турция – практически все системы власти в той или иной степени поступают так.

Зрелая историческая культура требует сопротивления упрощениям со всех сторон.

SA: Куда же, по-Вашему, движется Европа?

Вероятно, по пути продолжения морализаторской блоковой политики, усиления цензуры, символической политики, взаимных исторических обвинений, идеологической поляризации, стратегической зависимости и постепенной утраты геополитического значения.

Хотелось бы увидеть, чтобы она вернулась на путь трудного возврата к цивилизационному реализму, когда Европа вновь открывает для себя дипломатию как управление реальностью, а не управление нарративами.

SA: Второй вариант предпочтительнее, но как его реализовать?

Г.И. Для этого потребуются лидеры, способные проявить интеллектуальную серьёзность, историческую грамотность, стратегическую сдержанность и достаточную зрелость, чтобы вести диалог с противниками, не впадая сразу в моральный абсолютизм. В настоящее время многие граждане по всей Европе считают, что такого уровня лидерства не хватает.

Безответственные политики, идеологические активисты, оппортунистические медийные деятели и интеллектуально обанкротившиеся комментаторы втягивают Европу в опасную конфронтацию из-за своего высокомерия, тщеславия, исторической неосведомлённости и стратегической некомпетентности.

Они высмеивают дипломатию, прославляя эскалацию. Они очерняют переговоры, считая это проявлением слабости и представляют эмоциональную агитацию как моральную смелость. День за днём они отравляют общественный дискурс упрощениями, возмущением и самоуверенностью, не проявляя при этом ни дисциплины, ни стратегической серьёзности, необходимых для управления последствиями конфликта, который они разжигают.

Многие из этих деятелей небрежно говорят о конфронтации с ядерной державой, не имея даже самого элементарного представления о военном балансе, промышленной устойчивости, динамике эскалации или дипломатической ответственности. Они играют роль лидеров в телестудиях и конференц-залах, в то время как обычные европейцы в конечном итоге понесут экономические, социальные и потенциально экзистенциальные последствия их безрассудства.

Медиа-оппортунисты ещё больше усугубляют эту деградацию. Вместо того, чтобы ответственно информировать население, они всё больше культивируют враждебность, унижение, страх и племенную ненависть, потому что возмущение привлекает внимание, обеспечивает известность и приносит прибыль. Серьёзное обсуждение переговоров, сдержанности или реалистичного компромисса публично дискредитируется посредством насмешек, инсинуаций и морального запугивания.

Такое поведение свидетельствует о глубоком упадке политической зрелости.

SA: Разве так было не всегда? Или Вы считаете, что подобная риторика характерна только для сегодняшней ситуации?

Г.И. Прежние поколения государственных деятелей поддерживали контакты даже с ярыми противниками, поскольку понимали: дипломатия – это не награда за дружбу, а необходимое условие выживания. Сегодня слишком многие западные политики ведут себя так, будто эмоциональные выступления и идеологический эксгибиционизм могут заменить стратегию. Но они ошибаются!

Войны между великими державами заканчиваются либо переговорами, либо разрушением. Те, кто систематически подрывает уважение к дипломатии, саботирует любую возможность для общения и психологически мобилизует общество на постоянную враждебность, не защищают Европу. Они подвергают её опасности.

Европе требуется дисциплинированное, исторически образованное и стратегически серьёзное руководство. Вместо этого ею всё чаще управляют и на неё влияют люди, движимые своим эго, вниманием СМИ, идеологическим опьянением, карьерными стимулами и иллюзией морального превосходства.

История редко прощает элиту, которая безрассудно толкает целые общества к предотвратимой катастрофе, при этом поздравляя себя с собственной добродетелью...

---

Это интервью было записано в лесопарке, недалеко от небольшого городка Версуа, в кантоне Женева. Просто разговор со случайным прохожим, немцем по национальности. Закончил он нашу беседу словами: «Поверьте, простые немцы и европейцы не хотят войны с Россией»! Мы пожали друг-другу руки и он продолжил свою прогулку по лесной тропинке, а на импровизированной лесной сцене звучали слова стихотворения Бориса Слуцкого: Мне – что?

Детей у немцев я крестил?

От их потерь ни холодно, ни жарко!

Мне всех – не жалко!

Одного мне жалко:

Того, что на гармошке вальс крутил...//sa

(мг)