Суррогатное материнство снова разделило Швейцарию

Суррогатное материнство снова вызывает острые споры // unsplash / Suhyeon Choi

Суррогатное материнство снова вызывает острые споры в Швейцарии. Запрет, зарубежная практика и права ребёнка сталкиваются с желанием изменить закон и лучше защитить всех участников процесса.

Спор вокруг суррогатного материнства снова набирает обороты. Пока в Германии эта тема вызывает настоящую политическую бурю, в Швейцарии к ней тоже относятся очень остро. Здесь суррогатное материнство запрещено, но это не значит, что проблемы не существует. Люди, которые мечтают о ребёнке и не могут стать родителями самостоятельно, отправляются за границу, туда, где такая практика разрешена законом, сообщает RTS.

Сколько именно швейцарцев прибегают к этой возможности, сказать трудно. Точных официальных цифр нет, но в общественной дискуссии фигурирует оценка примерно в несколько десятков случаев в год. И тут начинаются самые сложные вопросы: ребёнок рождается за границей, а затем семье приходится разбираться с юридическими проблемами уже в Швейцарии. Кто считается родителем? Как оформить документы? И как при этом защитить интересы самого ребёнка?

Суррогатное материнство в Швейцарии снова становится предметом общественных и политических споров. Запрет на практику сталкивается с вопросами защиты прав женщин, детей и будущих родителей.

Сторонники легализации говорят прямо: если люди всё равно едут за границу, может быть, лучше разрешить суррогатное материнство в самой Швейцарии, но поставить его под жёсткий контроль. Речь идёт прежде всего об альтруистической модели, без коммерческой оплаты женщине, которая вынашивает ребёнка. Только строгие правила, медицинское и психологическое сопровождение, юридические гарантии и защита прав ребёнка. По их мнению, это безопаснее, чем отправлять будущих родителей в страны, где контроль может быть гораздо слабее.

Но противники отвечают: не всё, что можно отрегулировать законом, обязательно нужно разрешать. Они опасаются коммерциализации женского тела и эксплуатации женщин, оказавшихся в тяжёлом финансовом положении. Есть и другой болезненный вопрос: не превращается ли ребёнок в своего рода «заказ» — в объект желания, который должен соответствовать заранее оговорённым условиям?

Для Швейцарии особенно важна тема происхождения ребёнка. Имеет ли он право знать, кто его выносил? Должен ли знать своё биологическое происхождение? Что произойдёт, если после рождения возникнет конфликт между суррогатной матерью и будущими родителями? Однозначных ответов нет, и именно поэтому дискуссия остаётся такой острой.

Пока Швейцария не готова разрешить коммерческую ГПА, однако разговор о строго ограниченной и некоммерческой модели продолжается. В конечном счёте спор идёт не только о том, разрешать или запрещать суррогатное материнство. Речь идёт о границах свободы человека, праве женщины распоряжаться собственным телом и, самое главное, о том, как защитить ребёнка, когда желания взрослых, возможности медицины и закон оказываются по разные стороны.//sa

(ез)